» ГЛАВНАЯ > К содержанию номера
 » Все публикации автора

Журнал научных публикаций
«Наука через призму времени»

Январь, 2019 / Международный научный журнал
«Наука через призму времени» №1 (22) 2019

Автор: Вершинина Татьяна Викторовна, студентка
Рубрика: Филологические науки
Название статьи: Библейское начало в творчестве Ханса Кристиана Андерсена

Статья просмотрена: 222 раз
Дата публикации: 12.01.2019

УДК 82-5

БИБЛЕЙСКОЕ НАЧАЛО В ТВОРЧЕСТВЕ ХАНСА КРИСТИАНА АНДЕРСЕНА

Вершинина Татьяна Викторовна

студентка 4 курса

Института филологического образования и межкультурных коммуникаций Башкирского государственного педагогического университета им. М. Акмуллы, г. Уфа

 

Аннотация. В данной статье представлены события из жизни великого писателя-сказочника, повлиявшими на его произведения и ставшими в них предпосылками библейского начала. В работе представлены доказательства библейского сюжета произведений Ханса Кристиана Андерсена. Цель статьи – выяснить причину использования автором библейских образов в своих произведениях.

Ключевые слова: сказка, детство писателя, Андерсен, Снежная королева, Библия

 

«Приносили к нему детей, чтобы он прикоснулся к ним. Ученики же не допускали приносящих, увидев то Иисус вознегодовал и сказал им: «Пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие. Истинно, говорю вам, кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдет в него. И обняв их, возложил руки на них и благословил их» (Евангелия от Марка).

Как-то на рождество с Хансом Кристианом Андерсеном произошел такой случай. «Погода стояла мягкой, – пишет он – я вышел утром в парк. На широких плитах пьедестала лежал тонкий слой снега. Я как-то бессознательно палкой начертил: «Бессмертие – тот же снежок, что завтра растает, дружок». Я ушёл. Сделалась оттепель. Потом снова хватил мороз. И когда спустя некоторое время я очутился на том же месте я увидел, что снег весь таял, кроме небольшого клочка, на котором и осталось одно лишь слово – бессмертие. Такая игра случая глубоко поразило меня. Я невольно помыслил: «Господи, Боже мой, да я ведь никогда не сомневался в этом».

Как и все бедняки на свете, каждый Новый год Ханс Кристиан Андерсен встречал с надеждой на новую жизнь. Но в 1840 году и правда суждено было её преобразить. «Было у меня детство, которое давно минуло, отрочества у меня не было вовсе, а юность только началась теперь. Только сейчас, на тридцать четвертом году началась для меня настоящая весна. Впрочем, весна ещё не лето, и весной выдаются серые ненастные дни, необходимые, чтобы развилось в нас то, что должно созреть». Из замерзшего слова стали пробиваться сразу два знаменитых ростка: «Снежная королева» и «Сказка моей жизни».

На самом-то деле, это, конечно, одна и та же история, только первая -- это философская поэма для детей и взрослых, а вторая -- повесть для взрослых и детей. Автобиография Ганса Христиана Андерсена начиналась светло: «История моей жизни скажет всем людям то же, что говорит мне: Господь Бог все направляет к лучшему». Королевское начало было тревожным.

Вы, естетвенно, помните, что миллиарды осколков разлетелись по белу свету и наделали еще больше бед, попадая в глаза, они заставляли людей видеть все шиворот-навыворот и всех кругом осуждать. Попадая в сердце, превращали его в лёд и лишали человека молитвы «Отче наш», вместо неё в голове крутилась одна лишь таблица умножения. Несчастные уже не видели живой красоты, а могли любоваться только правильными углами.

Как-то раз один старый крестьянин между прочим сообщил Хансу Кристиану Андерсену, что Бог знает всё, что совершается на свете и что должно совершиться. Под вечер этого дня ему случилось несколько отойти от дома он очутился на берегу пруда, сел на большой камень и стал размышлять: «Неужели Бог может знать всё, что совершится на свете? Ну вот положим он назначил мне дожить до глубокой старости, а я вот возьму сейчас, да и утоплюсь. И не выйдет так, как он хочет. Я твёрдо решил утопиться. Я собирался уже прыгнуть, когда новые мысли внезапно озарили мою душу – это дьявол хочет взять власть над тобой, – я вскрикнул громко, бросился оттуда со всех ног, отыскал мать и со слезами кинулся ей на шею, но не она, не никто другой так и не смог допытаться, что же со мной случилось…»

«Детство моё протекло в маленькой каморке, заставленной верстаками, инструментами и всякими приспособлениями для башмачного ремесла. Да, тесно у нас было. Из кухни был ход на чердак. Под окном чердака на водосточном желобе, проходившем между нашим и соседним домом, стоял ящик с землёй. В нём росли лук и петрушка. Это был огород моей матери, он и теперь ещё цветёт в моей сказке «Снежная королева».

«Я рос единственным, а потому балованным ребенком. Зато мне часто и приходилось выслушивать от моей матери напоминания о том, какой я счастливый ребенок: мне жилось куда лучше, чем жилось в детстве ей самой; мне-то жилось, что твоему графчику, а ее, когда она была маленькой, родители выгоняли из дому просить милостыню; она не могла решиться на это и целые дни просиживала в слезах под мостом у реки. Я живо рисовал себе эту картину и заливался горькими слезами». Выше представлен отрывок из сказки автора под скромным названием «Сказка моей жизни».

А осенью, как библейская Русь, матушка ходила собирать случайно оставшиеся после жатвы колосья и обыкновенно брала маленького Ханса Кристиана Андерсена с собой. Раз мы забрели на поле барского имения, где был очень жестокий управляющий. Вдруг мы увидели его с огромным кнутом в руках, бросились бежать, но скоро я потерял с голых ног деревянные башмаки. Сухие, жесткие веточки стали больно колоть мне ноги, и я отстал. Управляющий

уже замахнулся на меня, но я взглянул ему прямо в глаза и невольно сказал: «Как же ты смеешь бить меня, ведь Господь на тебя смотрит…» И суровый человек сразу смягчился, потрепал меня по голове, спросил, как меня зовут и дал денег. Мама была очень сердечной, такой же ласковой, как бабушка, которая ухаживала за садиком в городской больнице и почти такой же неграмотной и суеверной. Она работала прачкой. Христианским просвещением семьи занимался отец. До свадьбы он страстно хотел учиться, но занялся ремеслом, чтобы прокормить семью. Вечерами старший Андерсен вслух читал сказки или комедии, исторические рассказы или повести о дальних странах, но чаще всего Библию. Он глубоко вдумываться в то, что читал, но когда заговаривал об этом с матушкой, оказывалось, что она не понимает его, оттого с годами он всё больше и больше замыкался. Однажды он раскрыл Евангелие и сказал: «Да, Иисус Христос был тоже человек, как и мы, но человек необыкновенный».

Мать пришла от этого в ужас и залилась слезами. Я тоже перепугался и стал просить у Бога прощения моему отцу за такое богохульство. В маминой голове никак не укладывалось, что Бог, сотворивший весь мир, пришёл в него беззащитным младенцем и с малых лет работал в Назарете мастеровым, словно её муж в их маленьком провинциальном Оденсе.

Недалеко от пивоварни, где в печке жгли сухие листья и прочий ссор, была

мастерская для бедных старух, занимавшихся пряжей. Я часто бывал там и скоро сделался всеобщим любимцем. Однажды я слышал, как доктор точно объясняет, что находится внутри у человека, слышал, что у нас есть лёгкие, печень, кишки, мне этого было довольно, чтобы по этому поводу тотчас прочитать моим бабушкам целую лекцию. Я смело нарисовал мелом на дверях какие-то Вавилоны и стал что-то нести про сердце и почки. «Такой умный ребенок, не заживется на свете» – говорили старухи, и мне это очень льстило.

«Я прислушивался к всем разговорам вокруг,» – пишет Ханс Кристиан Андерсен и суеверие пустило в моей душе такие же крепкие корни, как и настоящая вера. Отец мог бы исправить ситуацию, но когда Хансу Кристиану Андерсену исполнилось одиннадцать, доброго башмачника не стало. Тело его оставили лежать на постели, а мы с матерью улеглись на полу. Всю ночь пел сверчок. «Он уже умер – говорила мать, – нечего тебе звать его».

«Его взяла ледяная дева, и я понял, что она хотела этим сказать. Я помнил ещё, как прошлой зимой, когда все окна позамерзали, отец показал нам на водяных узорах что-то похожее на женщину, простиравшую к нам обе руки. «За мной что ли пришла» – сказал он тогда в шутку. Теперь мама вспомнила об этом. И слова глубоко запали мне в душу».

Чувствуя, что отец не простил бы повторение своей ошибки, Ханс Кристиан Андерсен послонялся ещё пару лет, а потом отправился искать счастье в Копенгаген. Мать смирилась, только когда пришла знахарка и, погадав на картах и кофейной гуще, заявила, что сын непременно станет великим человеком.

Одевшись щеголем со шляпы и брюками, заправленными в сапоги, долговязый юноша отправился с рекомендательным письмом к одной балерине, родившейся в Оденсе также. «Прежде чем позвонить в дверь, я опустился на колени и стал молиться Богу. Как раз в это время по лестнице поднималась какая-то служанка с корзинкой в руках. Она ласково улыбнулась мне, протянула монетку, а я ведь был в моём лучшем наряде».

Хозяйку он решил поразить танцем, попросив предварительно разрешение снять сапоги, иначе они был бы достаточно воздушен, потом он взял свою широкополую шляпу вместо тамбурина и, ударяя в неё, принялся танцевать и петь «на что же нам богатство, на что нам блеск земной». «Мои удивительная жесты, – вспоминает Ханс Кристиан Андерсен, – и всё мое поведение до такой степени поразили её, что она, как я узнал много лет спустя от неё же, приняла меня за сумасшедшего и постаралась поскорее выпроводить».

Я переехал к одной вдове Шкипера, где получал только чашку кофе по утрам. В обеденное время и обыкновенно уходил из дома хозяйка думала, что я кушаю у знакомых, а я сидел в это время на какой-нибудь скамейке в королевском саду и ел грошовую булку. Сапоги мои совсем разорвались, и в сырую погоду я постоянно ходил с мокрыми ногами, тёплой одежды у меня тоже не было. Я был в сущности почти заброшен, но как-то не осознавал все тягости своего положения. В бедной каморке своей я постоянно чувствовал присутствие Бога. Я льнул к нему всем сердцем, со всем доверием ребёнка к доброму отцу и часто по вечерам, прочитав вечернюю молитву, я обращался к нему со словами: «Но ничего, скоро ведь всё уладится…» Так или примерно так прошло 20 лет. Добрые люди всё же заметили его, помогли выучиться. Он стал писать стихи и пьесы, романы, сказки под Рождество.



Список литературы:

  1. Андерсен Х.-К. Сказки и истории. Т. 1. -- Ленинград: Художественная литература, 1969.
  2. Брауде Л.Ю. Традиции Андерсена в сказочной литературе (к 100-летию со дня смерти). -- В сборнике: Детская литература. -- М.: Детская литература, 1975.
  3. Брауде Л.Ю. Ханс Кристиан Андерсен. -- Ленинград: Просвещение, 1978.
  4. Брауде Л.Ю. Сказочники Скандинавии. -- Ленинград: Наука, 1974.
  5. Важдаев В. Г.-Х. Андерсен. -- М.: Детгиз, 1957.


Комментарии:

Фамилия Имя Отчество:
Комментарий: